Н.А. Захарченко*

"ПАРАША" И.С. ТУРГЕНЕВА КАК РЕАЛИСТИЧЕСКАЯ ПОЭМА

*Захарченко Наталья Аркадьевна – Самарский государственный университет, кафедра русской и зарубежной литературы

В литературной критике спорили о степени самостоятельности поэм Тургенева. Следует разграничивать понятия "традиция" и "подражание", между которыми существует принципиальное различие. По словам Белинского, "... быть под неизбежным (выделено мною – Н.З.) влиянием великих мастеров родной литературы, проявляя в своих произведениях упроченное ими литературе и обществу, и рабски подражать – совсем не одно и то же: первое есть доказательство таланта, жизненно развивающегося, второе – бесталантности. Можно подделаться под стих и под манеру писателя, но не под дух и натуру его". На Тургенева последовательно влиял Пушкин. При этом "всякая мысль о подражательности нелепа" [1. С.449] .

Пушкин, его творчество во многом определили дальнейшее развитие русской литературы. Как считает Белинский, "писать о Пушкине – значит писать о целой русской литературе: ибо как прежние писатели русские объясняют Пушкина, так Пушкин объясняет последовавших за ним писателей" [2. С.10]. И Тургенев – не исключение, его творчеству наряду с другими отведено определенное место в общем литературном процессе.

Поэмы "Параша" (1843), "Помещик" (1845), "Андрей" (1845) – произведения, выполненные в традициях "натуральной школы". Их реалистичность налицо – все сюжетные ходы, поступки героев объясняются логикой будничной жизни. Оставаясь в основе своей "бытоописательными" поэмами, они обладают и индивидуальными жанровыми особенностями.

Особого внимания в ряду реалистических поэм Тургенева заслуживает "Параша" – сочинение переходного типа.

"Параша" впервые увидела свет в 1843 году, причем была издана отдельным вариантом, имела вид небольшой книжки. Полностью свою фамилию автор не обозначил, произведение было подписано заглавными буквами "Т.Л."(псевдоним, в котором соединились начальные буквы фамилий отца и матери Тургенева). Это был период в истории российской словесности, когда, по словам Белинского, "поэзия русская если не умерла, то уснула " [1. С.437]. Времена Пушкина, Лермонтова – так называемый "золотой век " русской поэзии – миновали, в художественном творчестве господствовала проза. Именно в такой момент и появляется "Параша", так высоко оцененная Белинским и прочитанная им еще в рукописи. В его письме к В.П. Боткину от 11 мая 1843 года сказано: "Это превосходное поэтическое создание. Ты, верно, угадал автора?" [3. С.482]. Здесь явно слышится неприкрытое восхищение мастерством Тургенева, художественную манеру которого, по мнению Белинского, ни с кем не спутаешь.

"Параша" – произведение, знаменующее своеобразный переходный момент для Тургенева – как в биографическом, так и творческом плане. Ко времени создания "Параши" писатель еще не решил, чему посвятить свою жизнь, какое дело выбрать. А. Фет , рассказывая о первой встрече с Тургеневым, вспоминает слова профессора Московского университета С.П. Шевырева, который после ухода Тургенева неожиданно произнес:

"... какой странный этот Тургенев: на днях он явился с своей поэмой "Параша", а сегодня хлопочет о получении кафедры философии при Московском университете" [4. С.1]. В художественном плане "Параша" вызывает массу сомнений: что это – романтическая поэма или "повесть в стихах"? Все дело в том, что " Параша " , воплотившая собой общую тенденцию эпохи, – первое сочинение Тургенева, где автор попытался соединить романтическую и реалистическую стихии в единое сложное целое.

Эта сторона "Параши" и открылась Белинскому, провозгласившему, что "период прекрасных чувств и сладостных мечтаний ... сменила поэзия мысли" [1. С.437]. Сам Тургенев, сомневаясь в том, отдавать ли "Парашу" в печать, решился на это лишь с благословения Белинского, считавшего, что поэма "есть именно один из ... прекраснейших снов на минуту проснувшейся русской поэзии, какие давно уже не виделись ей" [1. С.438]. Критика нельзя обвинить в неискренности и поспешности сделанных им выводов. Сам Белинский в статье о "Параше" не скрывает, что не раз перечитывал поэму, не поверив первоначальному впечатлению, более того, отнесся к ней, как он пишет, "с явным предубеждением, думая найти в ней или сентиментальную повесть о том, как он любил ее и как она вышла замуж за него , или какую-нибудь юмористическую болтовню о современных нравах" [1. С.438]. Каково же было его удивление, когда после "многократного повторного чтения" он вдруг обнаружил, по его собственному признанию, прекрасное поэтическое явление, "освежившее душу ... от прозы и скуки ежедневного быта" [1. С.438] .

Сам Тургенев, мнением которого как автора нельзя пренебречь, определяет свое поэтическое сочинение с точки зрения жанра как "рассказ в стихах". Именно такой подзаголовок значится на титульном листе. У Белинского на этот счет есть свое мнение: "Хотя автор "Параши" ... и обозначил свое произведение скромным именем "рассказа в стихах", однако оно тем не менее – "поэма", в том смысле, какой усвоен Пушкиным... Итак, – продожает критик, – мы будем называть "Парашу" поэмой: оно и короче и гораздо справедливее" [1. С.438] .

Действительно, термин "поэма" и более краток, и более естественен, привычен для читателя. Тем не менее, очевидно и то, что "рассказ в стихах" продолжает пушкинскую традицию "романа в стихах". Не только в смысле жанровой специфики можно говорить о сходстве произведений, но и по тону, по стилю "Параша" приближена к "Евгению Онегину". Тургенев, работая над поэмой ("рассказом в стихах"), естественно, подчинялся логике жанрового мышления.

Для осмысления жанровой специфики "Параши" необходимо обратиться к ее содержанию, выявить сходство и различие с "Евгением Онегиным". Следует признать, что перекликаются лишь некоторые мотивы этих произведений. Их сходство касается каких-то внешних, второстепенных сторон и вовсе не затрагивает внутреннюю идейную содержательность представленных текстов. "Параша" – качественно новое по авторскому замыслу произведение, тяготеющее скорее к "бытоописательной", чем к романтической поэме, по праву считающееся началом реализма в раннем творчестве Тургенева. Теперь по порядку.

У Пушкина читатель сначала знакомится с Евгением. Именно он – "ученый малый, но педант" [5. С.9], разочаровавшийся в своем окружении – главное действующее лицо. Мы узнаем сначала о его воспитании, родословной, образовании, о подробностях времяпрепровождения. При этом ход повествования зачастую прерывается многочисленными авторскими отступлениями, где отражаются изменения в отношении автора к герою. Лишь когда "русская хандра им овладела понемногу" [5. С.22], и Онегин направился к себе в имение, Пушкин знакомит нас с Татьяной Лариной (а это уже II глава, строфа ХХIV ! ). И до конца указанной главы автор как бы забывает об Онегине и рисует портрет девушки. В III главе происходит знакомство Евгения с Татьяной.

Тургенев в своей поэме (или "рассказе в стихах") предлагает новый вариант. Судя по названию и развитию повествования, в первую очередь Параша является "предметом и вздохов и забот", "предметом стихов" [6. С. 66] автора-повествователя. Сообщив об этом, повествователь знакомит читателя со своей "степнячкой". Портрет ее достаточно подробен ("загорелые", "милые ручки", "пальцы были тонки и прозрачны", "волшебные глаза", "задумчиво-спокойный взгляд", "ходила плавно" [6. С. 67-68] . Судя по эпитетам, которыми награждает поэт свою героиню, нетрудно догадаться, как относится автор к Параше. Указывается возраст героини. Ей 20 лет. Далее приводятся сведения о семейном положении девушки – "ее ... отец – помещик беззаботный", мать – "женщина ... простая, с лицом, весьма похожим на пирог" [6. С. 67] . В описании родителей Параши впервые дает о себе знать реалистический тон поэмы. Портретная характеристика девушки выполнена еще в романтическом духе, затем следуют сведения о ее социальном положении и изображение жизни типичных помещиков. Романтизм пытается удерживать позиции, но – лишь до поры до времени.

Тургенев проводит параллель между пушкинской Татьяной Лариной и своей Прасковьей .

Автор находит похожими Парашу и Татьяну, но вроде бы предпочитает их не сравнивать. И дело не только в том, что "этой сказки вовсе не прочтут". Автор лукавит, ведет с читателем игру. Пытаясь убедить его, что Параша – это не пушкинская героиня, что она – совсем другая, он, тем не менее, наделяет ее многими качествами, присущими Татьяне. И если не принимать во внимание некоторые незначительные детали в портретных характеристиках обеих девушек, то можно смело утверждать, что Татьяна и Параша – один и тот же тип героини. Для наглядности приведу некоторые текстуальные аналогии, убеждающие в полном соответствии двух женских образов:

Итак, Виктор – сниженный вариант Онегина. Недаром, пушкинский герой в десятой главе романа оказывается среди будущих декабристов, то есть "дается в развитии, в постепенном выявлении активных потенций человечности" [2 . С.18]. Виктор же полностью лишен той "неподражательной странности", которая характеризует Евгения. Тургеневского героя вполне устроило безмятежное помещичье существование: все его мечты, в конечном счете, сводятся к "законному, мирному браку " [6. С. 86] . Белинский справедливо относит Виктора к разряду "тех великих-маленьких людей, которых теперь так много развелось и которые улыбкой презрения и насмешки прикрывают тощее сердце своей натуры. Он был за границей и вынес оттуда множество бесплодных слов и сомнений." [1. С.446] Виктор – типичный представитель поколения 40-х годов ХIХ века, образ собирательный. Это и герой "Думы" Лермонтова: не случайно же эпиграф к поэме взят именно оттуда – "и ненавидим мы, и любим мы случайно". В нем легко узнается и другой тургеневский тип – "человек, каких много" [9].

Таким образом, несмотря на явную перекличку образов Параши и Виктора с пушкинскими Татьяной и Евгением, совершенно очевидно, что тургеневские персонажи – нечто новое. Тургенев, продолжая пушкинскую традицию, иронизирует над пушкинскими персонажами и подчеркивает самостоятельность созданных им образов. Тем не менее совершенно очевидно, что "Параша и Виктор – Татьяна и Онегин нового исторического времени эпохи 1840-х годов" [2. С.17]. Следует лишь не забывать, что, помещая своих героев в контекст другой, отличной от пушкинской, эпохи, Тургенев уготовил в им своем "рассказе в стихах" иную судьбу.

Финалом любви Виктора и Параши становится (что несколько неожиданно для читателей) их законный брак. Автору с самого начала не по душе Виктор, он называет своего героя то "чудаком", то "злодеем", то "безбожником" [6. С. 75,84] . Но тем не менее автор ничего не может поделать с тем, что Виктор "любим, что сам он увлечен" Парашей. Для Тургенева здесь все дело – в неотменяемых законах бытия. Судьба Параши предрешена: ее "затягивает пошлость, а герой уже пошл" [10. С.140]. Союз с Виктором оказался губительным для Параши: быт поглотил ее. Кстати, в отношении Виктора напрашивается аналогия и с Ленским. Оба учились (побывали) за границей, оба влюблены, и тот возможный жизненный путь, который пророчил Пушкин молодому поэту ( "... женился,/ В деревне, счастлив и рогат,/ Носил бы стеганый халат...", "толстел, хирел" [5. С.116] и т.д.), Тургенев показал как вариант судьбы героя онегинского типа.

В ходе развития сюжета ощутимо меняется портрет Параши: спустя пять лет автор вновь встречается с супругами, и оказывается, что между Парашей-девушкой и Прасковьей Николавной ничего общего. "Романтическим мечтам Параши не суждено было выжить, они погибли в душной атмосфере николаевской действительности" [11. С. 30].

Особого внимания заслуживает позиция автора-повествователя в поэме, который является полноправным действующим лицом в "Параше", как автор-повествователь в "Онегине". Автор постоянно ведет с читателем активный разговор, ни на минуту не забывает о его присутствии, вовлекает в диалог. С самых первых строк поэмы, с обращения "читатель, бью смиренно вам челом", повествователь как бы берет читателя в соавторы и поэтому требователен по отношению к нему. По выражению В.И. Кулешова, чтобы быть понятым, Тургеневу на эту роль был крайне необходим "человек, знающий наизусть "Думу" Лермонтова и все современные поэмы" [10. С.237]. И – добавлю – пушкинский роман в стихах.

Именно автор-повествователь вводит в художественный мир своего произведения образ сатаны. Говоря о любви Виктора и Параши, повествователь предполагает, что "это кончиться ничем могло" [6. С. 89] , но в действие вступают высшие силы – "бес печальный и могучий /Над садом тем, на лоне мрачной тучи/ Пронесся" [6. С.89]. При первом появлении образ демона являет собой предостережение для читателя – история, рассказанная автором, вовсе не со счастливым концом. "Владыка зла", предвещая беду, в дальнейшем наблюдает за ходом основных событий:

В конце поэмы у него – иная функция: автору "слышен хохот сатаны" [6. С. 90] , который, став свидетелем любовного объяснения героев, по мнению Кулешова, представляет собой "иронический сколок с лермонтовского демона" [10. С.237]. Тургеневскому бесу некого ввести в соблазн, потому что в данной истории "все благопристойно и мизерно: обыкновенный сговор" [10. С.2 38] . Смех же сатаны лишь усиливает это ощущение. Образ демона необходим и для последующего обобщения:

Оказывается, не история любви интересует автора, а та ситуация, которая сложилась в России в 40-е годы современного ему века. Показать, что пошлость – всероссийское явление, в этом заключается основная идея тургеневского произведения с лиро-эпическим сюжетом. Реалистические тенденции окончательно берут верх в ткани поэмы. А история Параши и Виктора нужна лишь для того, чтобы в какой-то мере завуалировать острую социальную направленность "рассказа в стихах". "Сильной стороной изображения пошлости у Тургенева явилось то, что он не резко ее обличает, а дискредитирует изнутри" [10. С.2 38]. Общий ход литературного процесса подсказал Тургеневу сюжет, этим вызваны и изменения в жанровой структуре поэмы и ее антиромантический, иронически ориентированный пафос.

Литература:

1. Белинский В.Г. Параша. Рассказ в стихах. Т.Л. // Белинский В.Г. Собр. соч.: В 9-ти т. М.: Худ. литература, 1979. Т.5.

2. Цит. по: Курляндская Г.Б. И.С. Тургенев и русская литература. М.: Просвещение, 1980.

3. Цит. по: Тургенев в русской критике: Сб. Статей. М.: Худ. Литература, 1953.

4. Фет А. Воспоминания: В 3-х т. Пушкин: Культура, 1992. Т.1.

5. Пушкин А.С. Евгений Онегин // Пушкин А.С. Собрание сочинений: В 10-ти т. М.: Худ. Литература, 1975. Т. 4.

6. Тургенев И.С. Параша // Тургенев И.С. Сочинения: В 12-ти т. М.: Наука, 1978. Т.1.

7. Гершензон М. Мечта и мысль Тургенева .М., 1919.

8. Басихин Ю.Ф. Поэмы И.С. Тургенева (Путь к роману). Саранск, 1973.

9. См. стихотворение И.С. Тургенева "Человек, каких много".

10. Кулешов В.И. Натуральная школа в русской литературе .М.: Просвещение,1965.

11. Калашников В.С. Некоторые проблемы типизации художественного образа в поэме И.С. Тургенева "Параша" // Проблемы художественного мастерства в русской литературе ХIХ - ХХ в.: Сб. науч. работ. Днепропетровск, 1978.

12. Кулешов В.И. Натуральная школа в русской литературе ... С. 237.

N.A. Zacharchenko

TURGENEV'S "PARASHA" AS A REALISTIC POEM